Сочинения по литературе
  Главная страница / Культурология / Культуры и цивилизации / Семь чудес света — памятники истории /
 

Семь чудес света — памятники истории




Семь чудес света – это семь памятников, созданных мастерами наиболее развитых и культурных
стран древности. Каждый из них воплотил наивысшие достижения культуры своего времени.

Первые два чуда света – это Египетские Пирамиды и Висячие сады Семирамиды. Остальные же пять – это
Храм Артемиды Эфесской, Статуя Зевса Олимпийского, Галикарнасский Мавзолей, Колосс Родосский,
Александрийский Маяк.



Итак, первое чудо света – египетские пирамиды. Почему?
Из-за своей грандиозности. УГоры камня, возведённые на горах камняФ,– говорит Филон.
Из-за своего величия. УСамая удивительная архитектурная идея, которую невозможно превзойтиФ,–
говорит Гёте.
Из-за своей дороговизны. УТщеславная гордость фараонов, стоившая невиданных денегФ,– говорит
Плиний.
Из-за своего возраста. УВсе на свете боиться времени, а время боиться пирамидФ — гласит арабская
пословица.
И наконец, из-за свойств, которыми они не обладают. УСвоим расположением пирамиды уничтожают свою
тень, и её никто не видитФ, — утверждал Гигин, а за ним Кассиодор.
Не было ещё человека, который не звстыл бы перед ними в удивлении. Вертолёт, висящий над пирамидами
и открывающий зрелище, о котором даже не мечтали их творцы, мы считаем превычной реальностью. Но
для этой Уокаменевшей геометрииФ около Нила у нас не находиться слов, которые выразили бы наш
восторг и небыли бы многократно повторённой банальностью. И вот теперь нам не уйти от вопроса: что же,
собственно такое эти пирамиды? На этот вопрос ответит любой без колебаний: это гробницы фараонов.
Всего пирамид около семидесяти, а может, и около восьмидесяти. Вначале их было больше, некоторые
поглотило всепожирающее время, другие пали жертвой песчаныхзаносов пустыни.
Их точную цифру трудно определить. Уже совсем недавно, в 1952 году, египетский археолог Мохаммед
Закария Гонейм открыл ещё одну неизвестную
доселе пирамиду в Саккара, в неполных двадцати километрах от Каира! Пирамиды возвыщаются на
скалистом плато, отделяющем долину животворного Нила от мёртвой пустыни, они выстроились в шеренгу
на расстоянии почти ста километров от Каира до Иллахуна, как на огромном плацу, на котором египетский
бог солнца устраивал им свой ежедневный смотр.
Понятие УпирамидаФ всем хорошо известно из школьного курса стетеометрии. Это слово иногда толкует как
производное от греческого УпирФ, что означает УогоньФ (огонь пылает так, что пламя похоже
остроконечную пирамиду); иногда производят от слова УпираФ, ято означает Уграбница погребанияФ или ,
инфми словами, УмогилаФ. В древнеегипетском языке мы можем найти только одно похожее слово; оно
звучит как Упр-м-всФ и означает неопределённое тело пространственной геометрии, возможно пирамиду,
но это лишь предположение.
Не все пирамиды имеют правильную геометрическую форму. Наиболее древняя форма – ступенчатая
перамида в Саккара, которую приказал воздвигнуть фараон Джосер. Её размеры весьма внушительны: основу
состовляет прямоугольник со сторонами 125*115 метров, высотаоколо 60 метров. Её возраст? Археологи
считают, что от 4600 до 4800 лет!
В Дашуре находиться пирамида с ломаными контурами стен, так называемая ромбоидальная. Она выглядит
так, будто строители кончали её в спешке, по существу не достроив. И на этом всё разнообразие египетских
пирамид коичается.
Но те пирамиды, которые относятся к чудесам света, представляют собой правильные четырёхгранные
пирамиды с квадратными основаниями, и все похожи друг на друга как две капли воды.
Филон называет среди чудес света Упирамиды у МемфисаФ(древнеегипетского Меннофера – первой
столицы объединённого Египта), большинство авторов – пирамиды УвообщеФ, меньшая часть – три
пирамиды в Гизе, а самые придирчивые считают чудом света только Большуюпирамиду Хеопса. Она почти
на сто лет моложе пирамиды Джосера, но во всём прочем её превосходит.
Подъезд к этой пирамиде более удобен: ныне сюда ведёт асфальтовое шоссе, обрамленное стройными
пальмами, и мы доезжаем к ней из центра Каира на комфортабельном автобусе. Ещё совсем недавно, когда
Гиза была древней, а не элегатным пригородом большого Каира, сюда ходил старомодный трамвай номер
14.
Издали – хотя бы при взгляде с каирской цитадели – пирамиды похожи на тёмные треугольники; при
приближении кажется, что их кто-то начертал дрожащей рукой. А при выходе на конечной станции, у отеля
УМена-ХаусФ, вам уже ничего не кажется. Вы только видите невообразимо огромную каменную гору –
Большую пирамиду.
Несмотря на её ширину, высоту и неровную поверхность, наш взгляд мгновенно скользнёт рядом: да, там
вправо пирамида Хефрена. А где же пирамида Микерина, третья из больших пирамид в Гизе? Она стыдливо
прячется за пирамидой Хефрена, и неё есть на то причины: ведь она намного ниже. Но где же Сфинкс,
неотъемлемый статист всех фотографий Большой пирамиды? Он лежит, полузасыпанный песком, в четверти
километра от её южной стороны. И отсюда его не видно. Геродот две споловиной тысячи лет назад не
увидел его тоже. Тогда Сфинкс был засыпан песком по уши.
Но внимание! Появляются драгоманы со своими разряженными, как в цирке, верблюдами. Из старых
путёвых записок мы знаем, что они обычно бросаються на туристов и с яростным криком предлагают себя в
провожатые, суют втридорога использованные входные билеты, продают фальшивые драгоценности и
якобы фехтуют перед самым носом ключом от Большой пирамиды. Прежде так и бывало. Но сегодня свои
профессиональные услуги они предлагают не так назойливо. И всё жеим преходиться решительно объяснять,
что к пирамиде мы подойдём и без них.
После такого отступления вернёмся к пирамиде Хеопса. Разумеется, мы всегда знали, что она возведена из
каменных блоков, облицовка с которых исчезла давным-давно. И эти столь знакомые нам по фотографиям
зубцы по краям, а в сущности многометровые блоки, поражают нас. Ведь все эти огромные каменные блоки,
нагромождённые друг на друга просто так, ничем не скреплены. И тут вдруг мелькнёт в голове: а что, если
эта каменная гора рухнет? Ведь достаточно какому-нибудь сказочному великану положить на неё руку
(лицом к лицу с пирамидой не удивишься, появись тут внезапно живой Атлант,– на её фоне он выглядел бы
просто карликом). Но эта опасность не грозит: блоки были так хорошо отштифованы, что плотно прилегают
друг к другу и держаться собственной тяжестью. Мы видим людей, пришедших сюда за пол часа до нас.
Словно разноцветные жучки, они упорно корабкаются на самый верх. Нет, эти человечки не в силах
разрушить пирамиду, хотя её построили существа, подобные имЕ
И ещё одно нас поражает. Мы знали, что Филон отпускает узду своей фантазии, когда пишет: УВ пирамиде
уложены различные сорта камня: есть тут белый мрамор, потом чёрный мрамор, эфиопский, за ним следует
красный камень, привезённый из Аравии. Некоторые камни напоминают цветом сверкающую лазурь, другие
обычные, но с жёлтым оттенком, ещё камни пурпурного цветаЕФ И всё же мы не думали, что пирамида
Хеопса цвета обычного грязного песчанника.
Однако на рассвете, когда её вершина ещё тонет в тумане, пирамида кажется розовато-персиковой, в те
редкие минуты, когда горизонт затянут облаками, – серовато-чёрной, а при холодном свете луны пирамида
напоминает заснеженную горную вершину.
И если цифры могут иногда, подобно поэтическим строкам, разбудить фантазию, то иммено это делают
огромные размеры Большой пирамиды.
От подножия до вершины эта каменная возвышенность насчитывает 137,3 метров. Первоначально она
якобы была почти на 10 метров выше, но её верхушка исчезла вместе с облицовкой, и ныне вместо неё там
площадка, на которой во время второй мировой войны был английский пост противовоздушной обороны.
Сторона её основания – 230,4 метра, первоночально она была длиннее на 2 метра. Общий объём, если мы
знаем формулу, легко подсчитать – около 2 525 000 кубических метров.
Фантастичкские цыфры! Представим их наглядно с помощью нескольких сравнений.
Пирамида занимает площадь свыше 54 000 квадратных метров, то есть 5,4 гектара. На этой площади могло
бы разместиться, скажем, 1000 двухкомнатных квартир, а вилл, вроде той, которую построил последний
египетский король Фарук у её подножия, не менее 200. И даже во время наибольшей славы и величия
любого из евпопейских государств у его правителя не бфло дворца, который сравнился бы размером с этой
гробницей фараона. Меньше её и Букингемский дворец в Лондоне, и Версаль во Франции, и Зимний дворец
в Санкт-Петербурге, и даже Эскориал в Испании.
Пирамида Хеопса выше купола Микеланжело над римским собором святого Петра, самым высоким
христианским храмом. Выше лондонского собора святого Павла, парижслого собора Нотр-Дам, храма
святого Вита в Праге. Если бы пирамида была полой, в неё вошла бы вся площадка со стартовой вышкой для
космической ракеты.
На строительство Большой пирамиды пошло – правда, это лишь предположениие – около 2 300 000
каменных блоков примерного объёма свыше 1 кубического метра и веса в 2,5 тонны каждый. Если бы нам
вздумалось использовать этот материал на какое-нибудь строительство, – то мы построили бы из него все
шестнадцать плотин на Ваге.
Последнее сравнение: из материала, который пошёл на строительство всех египетских пирамид, мы могли
бы построить или отремонтировать все жилые дома, разрушенные войнами в Европе с времён
Тридцатилетней войны до начала второй мировой войны, то есть, грубо говоря, за триста лет, или дома,
разрушенные в Советском Союзе в период второй мировой войны.
(Эти сравнения наводят нас на размышления не только о бессмысленности этих громад, но и о
бессмысленности военных разрушений.

Висячие сады Вавилона.
Расказы о чудесных весячих садах, разбитых во дворце царя Навуходоносора, привлекали больше всего
путешественников. Таких садов не встречалось в целом свете, недаром их причесляли к семи чудесам.
Побывать в этих садах было не так-то просто. Ведь они находились за высокими крепостными стенами
царского дворца.
Вход туда охраняла грозная стража, и поэтому смертному нелегко было попасть в пёструю толпу богато
одетых придворных, заполнявшую двор и помещения царского дворца. Вдоль стен стояла стража в
блестящем вооружении. Военоначальники, послы различных царей, гонцы, присланные к Навуходоносору
из разных стран, мелкие царьки подвластных Вавилону государств часами находились в покоях дворца,
ожидая времени, когда царь допустит их к себе.
Стены внутренних помещений дворца были покрыты блестящими синими и бирюзовыми изразцами с
яркими золотисто-жёлтыми рельефами. Особенно пышно украшены были стены приёмной, где на
возвышении в центре стоял золотой трон вавилонского царя.
Рядом с помещением дворца возвышалось поразительное сооружение – висячие сады, созданные
вавилонским царём для его любимой жены – мидийской царевны. Она привыкла к зеленеющим горам и
лесам своей родины и тосковала по прохладе и тени горных лесов в жаркой и безлесной Вавилонии.
Желая уменьшить её грусть по родине, Навуходоносор решил подарить ей целый оазис, словно вывезенный
из мидийских гор.
Эти знаменитые сады, причисленные к семи чудесам света, размещались на широкой четырёхъярусной
башне. Внутри каждого яруса были сделаны крепкие кирпичные своды, опиравшиеся на мощные высокие
колонны. Платформы терасс был сделаны крепкие кирпичные своды, опиравшиеся на мощные высокие
колонны. Платформы терасс были сложены из массивных каменных глыб. Сверху они были покрыты слоем
камыша и залиты асфальтом. Потом шла прокладка из двойного ряда кирпечей, сцементированных гипсом.
Сверху кирпичи были прикрыты свинцовыми пластинами, чтобы вода не проникала через почву в нижние
этажи сада. На всё это сложное сооружение сверху был настлан толстый слой плодородной земли,
достаточной для того, чтобы здесь могли расти самые крупные деревья.
Ярусы садов поднимались уступами, соединяясь между собой широкими лестницами, выложенными гладко
отшлифованными плитами розового и белого цвета. Сказочно прекрасны были эти сады, поддерживаемые
мощными колоннадами. Сюда по приказу царя были привезены любимые растения царицы, напоминавшие
её далёкую родину.
Великолепные палтмы поднимались высоко над крепостными стенами ограды дворца. Редкие растения,
прекрасные цветы уклашали сады царицы. Деревья самых удивительных пород зеленели между рядами
колонн. Колонны достигали высоты в пятьдесят локтей (около 25 метров), и света для растений было
вполне достаточно.
Для поливки этих диковинных садов сотни рабов целый день качали воду из Ефрата, вращая громадное
водоподъёмное колесо, которое черпало воду кожаными вёдрами.
Сады были обращены в сторону прохладного ветра, который дул с северо-запада. Их ароиат, тень и прохлада
в безлесной и плоской Вавилонии казались людям чудом.
Высокие мощные колонны возносили над ложем царя искусно сделанные своды. На которых лежала
многопудовая тяжесть земли и деревьев. Тишина и прохлада царили в висячих садах.
Наводнение разрушило стены дворца Навуходоносора. Вода постепенно размягчила плохо обожённую
глину. Осели террасы, рухнули своды и колонны башни. На уступах которых зеленели висячие сады.
Но и после их гибели рассказы о красоте чудесных садов продолжали жить. Легенда превратила их в
висячие сады Семирамиды, прописав создание их ассирийской царице, которая правила значительно
раньше Навуходоносора.
Независимо от того, кому приписывалась постройка зтого удивительного сооружения, висячие сады
свидетельствовали о замечательных успехах, достигнутых вавилонскими строителями. Нужно было обладать
огромными знаниями и опытом, чтобы сделать расчёты для сводов и колонн, которые должны были
выдерживать чудовищную тяжесть земли и деревьев. Находившихся на платформах. Знания, накопленные
длительными работами по орошению засушливой почвы Вавилонии. Помогли строителям разработать
систему поливки садов, находившихся на большой высоте над уровнем Ефрата.
Глубокие математические знания, которыми распологали вавилонские строители, помогли им решить
невероятно сложную задачу – поднять живую зелень садов на высоту крепостных стен Вавилона, которые.
По словам геродота, доходили до 200 локтей в вышину (около 100 метров). И так великолепно был
осуществлён этот смелый замысел, что он поражал современников и надолго остался в памяти людей как
одно из непревзойдённых чудес древности. Кому принадлежали эти сады – Навуходоносору или
Семирамиде, – это не так уж важно. Они были сделаны руками замечательных умельцев – простых людей
древнего Вавилона, обжигавших кирпичи. Складывавших стены, возводивших своды, сажавших
великолепные деревья. И всё, что считалось или считается чудом древнего или нашего времени, будь то
сказочные висячие сады Вавилона или ракета, достигшая Луны, всегда создавалось только одним творцом –
упорным человеческим трудом.

УХрам Артемиды Эфесской – единственная обитель богов на земле. Каждый, увидевший его хоть
однажды, уверен, что небо и земля поменялись местами и что именно здесь царство бессмертных богов
переселилось с небес на землюФ. Так начинает Филон своё описание сооружения, которое весь древний
мир в полном согласии называл самым великолепным на свете.
Нынешний Эфес, бывшая столица греческой Ионии и римской Азии,– самая большая территория, занятая
античными развалинами. Коварные болота за безбрежным морем мраморных и гранитных руин – это
некогда цветущий берег Каистра, над которым Улетали лебеди с длинными шеями, сверкая оперениемФ,
лебеди, которых видел сам Гомер. И наконец, остатки мощёной дороги с сохранившимися до сегодняшнего
времени мостами у Соловьиной горы, по этой дороги везли колонны из храма языческой богини Артемиды
для украшения христианского храма Божьей мудрости в Константинополе.
Как выглядел храм Артемиды в древние времена, нам неизвестно. Но мы знаем, что примерно в 8 в. Р. Х.
Неподалёку от того места, где сегодня лежат его руины, стояло небольшое святилище с деревянной
скульптурой богини и что именно здесь нашли тысячи бронзовых, янтарных, из слоновой кости,
серебрянных и золотых украшений и монет, которые разделили между собой Британский и Стамбульский
музеи. Позже, но не раньше чем в начале 7 в. До Р. Х., этот небольшой храм перестроили и расширили.
Третья перестройка была сделана уже в середине 7 в. До Р. Х.
Но всё это только предыстория храма Артемиды. Великое сооружение – и не обязательно, чтоб это была
обитель богини, – не может возникнуть лищь в результате перестройки, пристройки, расширения; нет, оно
должно быть построено с сомого основания и по заранее разработанному плану. Жители Эфеса решили
построить совсем новый храм и на новом месте, к тому же старое место с выступающими грунтовыми
водами не годилось для нового храма. Были рпиглашены два известных архитектора с Крита, где
монументальная архитектура имела тысячелетнюю традицию, – Херсифрон из Кносса и его сын Метаген.
Так, во всяком случае, пишут Страбон и римлянин Витрувий, автор труда УДесять книг об архитектуреФ.
Об зтих двух зодчих не осталось никаких сведений – во всяком случае, достоверных, – кроме одного
очевидного факта: по их проектам был построен храм, ставший чудом света. 110 метров в длину и 55 метров
в ширину была эта резиденция богини, окружённая со всех сторон двойной колоннадой. Два ряда по восемь
колонн в каждом, высотой в 18 метров, украшали фасады. Два ряда по двадцать колонн в каждом
образовывали боковую колоннаду. Всего, вместе взятых, там было 125 колонн. И каких колонн!
Прежде всего они были не из известняка, как в большинстве гтеческих храмов, а из мрамора, обнаруженного
как раз в начале строительства вблизи от места постройки. У этих колонн была и другая особенность – их
форма и, главное, оформление капителей. При строительстве Эфесского храма отошли от строгого и
тяжёлого дорического стиля иприбегли к более изящному и лёгкому, получившему название УионическийФ.
И хотя элементы этого стиля уже были изввестны в Эолии, только в Эфесе окончательно появились все его
богатые возможности, потому-что античный мир связал его возникновение с Эфесом, провозгласив храм
Артемиды началом рождения нового стиля.
И наконец, двадцать шесть из этих мраморных колонн имели базы, украшенные почти
двухметровымибарельефами, которые создали известные скульпторы. Итак же роскошно, как эти колонны,
был украшен скульптурной композицией и фронтон храма. Его вершина отстояла от земли на двадцать пять
метров, а над ней возвышалась величественная скульптурная группа из мрамора. Что это была за скульптура
мы можем только догадываться; вероятно, она изображала Артемиду с луком и ланью среди нимф. По углам
крыши размещались четыре мраморных быка гигантских размеров. В самом центре храма на постаменте
возвышалась скульптура богини.
Храм был воплощением вершины мастерства и в пластическом искусстве. Так, до нас дошло свидетельство о
конкурсе на скульптуру раненой амазонки. Жители Эфеса пригласили участвовать в нём Фидия, знаменитого
творца статуи Зевса в Олимпии и художественного руководителя оформления афинского Парфенона, потом
Кресилия (его скульптура Перикла имеется в каждом учебнике греческой истории), затем афинского
скульптора Фрадмона и, наконец, Поликлета из Аргоса, который и одержал победу. Но каким должно было
быть его творение, чтобы превзойти искусство Фидия? И с каким высочайшим искусством были исполнены
все остальные скульптуры, что украшали храм внутри и снаружи?
Примерно в конце 5 в. до Р. Х. Родилось сооружение, ставшее подлинным чудом света. Мы написали
Упримерно в конце 5 в.Ф. Более точная дата нам не известна.
Но словно в награду за эту неточность античные авторы сохранили для нас другую дату, связанную с храмом
Артемиды, причём столь точную, что она кажется нам невероятной. Дату уничтожения храма, УВ ночь,
когда родился Александр Великий, храм был сожжёнФ – так единодушно пишут почти все историки. А
Александр Македонский родился 21 июля 356 года до Р. Х.
Имя человека, совершившего это преступление, решением собрания, в котором участвовал весь Эфесский
народ, должно было навечно исчезнуть из памяти людской. Таково название поджигателю, который
совершил это деяние, чтобы сделать себя бессмертным. В официальных записях поэтому о нём говорилось
просто как об Уодном безумцеФ. Но с помощью историка Феопомпа, не умевшего держать секреты, мы всё
же узнали имя безумца – и таким образом его мечта исполнилась.
И поныне имя поджигателя эфесского храма является нарицательным для маньяков, одержимых
болезненным честолюбием, которые для собственной славы идут на любое преступление.
Когда Александр Македоннский попал в Эфес, он приказал восстановить храм и повелел своему
придворному архитектору Дейнократу разработать план реконструкции.
Дейнократ ограничился тем, что скопировал первоначальный проект, считая, что в нём нечего улучшать, и
таким образом УвоскресилФ величественное великолепие храма в его первозданной красоте. Единственным
новшеством был цоколь храма в виде мраморной террасы с десятью ступенями. Жители Эфеса восстановили
и повреждённые колонны, а одну из них украшал сам великий Скопас!
Но поскольку нас, людей современных, занимает не только эстетическая сторона этого творения, но и
строительные расходы,связанные с ним, то позволим себе небольшое отступление. Проблема строительных
расходов не оставила равнодушнами и жителей Эфеса. Напротив. УВ славном городе Эфесе, – пишет
Витрувий, – ещё в давние времена был издан закон суровый, но справедливый. Архитектор,который берётся
за строительство общественного здания, обязан точно подсчитать, сколько оно будет стоитьФ.
Уточнение, что в городе с таким великолепнейшим сооружением, каким был был храм Артемиды, экономия
в строительных средствах имела важное значение, для нас не только интересно, но и поучительно.
Свыше пяти веков стоял храм Артемиды во всей своей красе и великолепии. Многочисленные жрецы и
жрицы исполняли в нём богослужение, процессии паломников со всего греческого мира воздавали здесь
жертвы богине, каждый римский наместник, начиная своё правление, должен был поклониться Артемиде.
Потом пришли готы и разорили храм. Жители Эфеса якобы восстановили его вновь. Но уже до этого толпы
паломников устремились к другой святыне: к часовне с гробницей ещё одной Унепорочной девыФ, где
впоследствии появился новый, большего размера, храм, правда, не столь великолепный, как храм Артемиды.
Жрецы Артемиды разбрелись по свету, а их потомки отправляли службу в Храме девы Марии, пока и его
соды не рухнулиЕ
И саван тысячелетнего забвения покрыл руины между Каистром и Коресом.
История раскопок:
Когда в 1863 году сюда явился английский инженер Д. Т. Вуд, то он нашёл лишь смердящие болота, за
которыми тянулись непроходимые чащобы кустарника. Он поджёг их и среди трескучего дыма и огня залез
на полуразрушенную башню укреплений Лисимаха, чтобы оглядеться вокруг. Вуд увидел на западе синюю
полоску моря и болотистые берега, среди которых виднелись руины великого города.
Вуд сориентировался в этом лабиринте развалин – во всяком случае, так он думал. Из античных источников
Вуд узнал, что храм Артемиды стоял Ув тоще возле Пиона, в тени высокой горыФ. Но на какой стороне?
После многочисленных раскопок, во время которых он ничего не нашёл, на южном склоне горы он
наткнулся на фундамент большого сооружения. Раскопкв его, он установил, что этот полукруг – остатки
акустической стены эфесского одеона. Вскоре он нашёл и остатки мощёной дороги, соединяющей Эфес с
Магнесией; он продолжал раскопки в северо-западном направлении (он уже копал здесь раньше, но
остановился, чтобы не разрушить гнездо черепахи, не подозревая, что находиться всего в полуметре от цели)
и, добравшись до перекрёстка, открыл фундамент какого-то большого здания. Шли месяцы, сменялись
времена года, аисты уже третий раз вернулись из северных краёв, и, наконец, Вуд раскопал руины театра. На
одном из камней он нашёл надпись – он не поверил глазам –УК храму!Ф и сразу стал копать в направлении,
указанном дорожным знаком двухтысячелетней давности.
Но прошло ещё два года, прежде чем сняли шестимерный слой заболоченной почвы и появился фундамент
храма. Прямоугольник размером 110*55 метров, а в земле остатки мраморных колоннЕ После пятнадцати
веков солнце вновь осветило место, где стоял храм Артемиды.
Вуд раскопал Эфес с основатьльностью, ставшей законом для археологов. Ншёл он Угробницу АндроклаФ,
открыл остатки крупостных стен времён императоров Октавиана Августа и Адриана, засыпанную часть
укреплений Лисимаха, руины гимнасия, стадиона, нескольких общественных зданий, античных и
христианских храмов. Раскопал великое множество мелких обломков и больших капителей, разбитые
статуэтки языческих богов и христианских святых, мнеты, потерянные античными странникамиЕ
Во время первой мировой войны, которая в Малой Азии окончилась только в 1923 году, большие
археологические раскопки в Эфесе были приостановлены. И когда их вновь возобновили, не было открыто
ни одного нового фундамента. Всё, что нужно было в нём открыть, было открыто, и не было причин сюда
возвращаться вновь.

Статуя Зевса Олимпийского.
Главной святыней Олимпии был великолепный храм Зевса со статуей верчовного бога, созданной
гениальным скульптором Греции Фидием, сыном Хармида. Не только созданием статуи Зевса
Олимпийского прославил своё имя Фидий. Он принимал участие в украшении родного города Афин. Он
изваял знаменитую статую Афины Девы и многое другое.
Политические враги Перикла, желая подорвать авторитет правителя Афин, привлекли Фидия к суду.
Скульптора, близкого друга Перикла, обвиняли в том, что из мастерской на Акрополе похищались слоновая
кость и золото, переданные ему для изготавления статуи Афины Девы. Начался судебный процесс против
Фидия. Жители же ждали, чтобы Фидий мог преступить к созданию статуи Зевса Олимпийского. Они
вмешались в процесс и предложили афинянам отпустить Фидия на время работы под крупный денежный
залог. Предложение было принято, и Фидию разрешили уехать в Олимпию. Фидий создаёт свой второй
шедевр – статую зевса Олимпийского.
Статуя Зевса погибла полностью во время пожара во дворце Византийского императора Феодосия 2-го, по
повелинию которого её перевезли из Олимпии в Константинополь.
На центральной площади Альтиса вздымался на высоком подножии великолепный многоколонный храм,
сделанный из белого мрамора. Длина его составляла более 64 метров, ширина около 28 метров. Тридцать
четыре колонны строгого дорического стиля окружали здание храма. Храм Зевса был построен вскоре после
победы объединённого войска греков над персами, когда отпала опасность, грозившая свободе городов. В
лице диких кентавров скульптор изобразил грубую силу персов. На наружных стенах храма, между
колоннами наверху находились мраморные плиты с барельефами, изображавшими 12 подвигов Геракла. В
глубине храма высилась огромная статуя Зевса. Царь богов сидел на троне. Верхняя часть тела бога была
обнажена, нижняя закутана в богатый плащ. В одной руке Зевс держал статую богини Ники, в другой – жезл,
увенчаный изображением птицы бога – орла. Голову божества украшал венец из масличных ветвей. Концы
повязки падали ему на плечи.
Эту колоссальную статую (сидящий Зевс почти касался головой потолка храма, высота его достигала 17
метрам) Фидий извоял в т. н. Хрисоэлефантинной технике.
Из сверкающего золота выполнил скульптор одеждуЮ венец и повязку на голове Зевса и победный венок
Ники. Туловище и голова Зевса, вся фигура Ники были выполнены из слоновой кости. Изображение Зевса
поражало не только своей мощью. От него исходило необычайное обаяние, ощущение мира, мудрости и
доброты. Статуя Зевса Олимпийского производила неизгладимое впечатление на всех, видевших её. У ног
Зевса была сделана надпись:УАфинянин Фидий, сын Хармида, создал меняФ.
Статуя Зевса сама по себе представляла огромную ценность, которую трудно себе представить. Кроме того, в
храм Зевса стекались огромные пожертвования от различных городов Греции и отдельных лиц. Так один из
полководцев принёс в дар Зевсу сто один золотой щит, сделанный мз военной добычи. Эти щеты были
помещены на карнизе храма.
Храмы Олимпии разрушали землетрясения, довольно частые в Греции. Обломки мощных колонн храма
Зевса археологи находили разбросанными на довольно большом расстоянии от основания самого храма.

Галикарнасский мавзолей.
Галикарнас – столица небольшого Карийского царства – по праву слыл одним из богатейших и красивейших
греческих городов на побережье Малой Азии. Великолепные беломраморные храмы, театр, царский дворец,
сады, портики с целым лесом колонн украшали улицы и площади городов.
Больше всего путешественников в Галикарнас привлекла славившаяся на весьдревний мир своим
великолепием гробница царя Мавсола, умершего около 353 г. до Р. Х. Все видевшие это нагробное
сооружение превозносили его как одно из семи чудес света.
Постройка гроьницы была начата ещё при жизни царя Мавсола. После смерти царя его вдова, царица
Артемисия, продолжала сооружение усыпальницы, прославившей имя Мавсола, ничем более не
примечательного. О Мавсоле известно, что он был хитрым и осторожным правителем, сумевшим
присоединить к Карии близлежащие области и острова. Захватив эти земли, Мавсол начал систематический
грабёж покарённых областей и городов. Эти богатства и позволяли ему построить себе гробницу-храм.
Слава её была так велика, что древнме римляни стали называть мавзолеями все величественные,
монументальные нагробные сооружения.
Мавзолей был задуман царём как усыпальница и одновременно храм, в котором ему после смерти должны
были воздавать божеские почести. Для постройки храма-усыральницы Мавсол пригласил лучших
архитекторов того времени: Пифея и Сатира и скульпторов Леохара, Скопаса, Бриаксида и Тимофея. Мастера
задумали мавзолей как большое прямоугольное здание шириной около 66 м, длинной около 77 м. В высоту
оно достигало 46 м и делилось на три части. Первый этаж служил усыпалтницей Мавсола и Артемисии. У
подножья здания были расположены мраморные статуи львов и скачущих всадников. Потолки нижнего и
верхнего помещений мавзолея поддерживались изнутри пятнадцатью колоннами.
Строители мавзолея Пифей и Сатир использовали для его украшения все три греческих архитектурных
ордена. После того как царь Мавсол и царица Артемисия одобрили проект гробницы, строители приступили
к работе.
Место для мавзолея было отведено на одной из самых широких улиц Галикарнаса, подымавшейся над
рыночной площадью. Эта улица начиналась в катловине у самого моря и шла вдоль гавани. Ещё выше стоял
колоссальный храм Ареса. Справа на возвышении находилась святилища Афродиты и Гермеса.Таким
образом, гробница царя должна была находиться в центре города и служить основным его украшением.
Мавзолей был увенчен мраморной пирамидой из двадцати четырёх ступеней. На её верхнюю площадку
после сооружения специальных сложных механизмов и целой системы деревянных высоких платформ были
подняты отдельные части огромной мраморной квадриги вместе со статуями Мавсола и Артемисии.
Полностью мавзолей был окончен только при внуке царя Мавсола. Но задолго до окончания он стал
известен всему греческому миру как одно из замечательных произведений искусства. После победы
македонского царя Александра над персами Галикарнас был сильно разрушен и разграблен воинами
Александра. Однако мавзолей уцелел. Он стоял во всём своём величии вплоть до 15 века, когда жизнь давно
покинула древний город Галикорнас. Время пощадило прославленное чудо, однако памятник не пощадили
грубые рыцари-крестоносцы. Они буквально разнесли мавзолей на куски. Они построили на развалинах
Галикарнаса мрачную непреступную крепость-замок святого Петра.

Колосс Родосский.
Как рассказывает легенда, боги подняли Родос со дна моря по просьбе Гелиоса – бога солнца, покровителя
города. Родос назвали Усвященным городомФ Гелиоса. Изображение бога родосцы чеканили на монетах.
Статуи Гелиоса украшали родосские храмы.
Родосцы решили почтить своего бога, воздвигнуть ему Колосс (статуя много выше человеческого роста).
Возведание статуи было поручено скульптору Харесу. Много было споров о том, где следует поместить
будущего Колосса. Самым удачным было признано место в гавани, на берегу залива. Ослепительно сверкая
на солнце, бронзовый гигант будет приветствовать корабли, плывущие в родрсскую гавань. Родосцы
представили Харесу не менее сотни искусных ремесленников: кузнецов, мастеров по обработке бронзы,
каменщиков и плотников. Вначале скульптор лепил в глине в полный рост точную копию своей будущей
скульптуры. Затем производили обжиг глины.
Для изготовления статуи Харес решил воспользоваться тонкими листами бронзы. По плану Колосса должны
были служить три массивных столба, сложенных из четырёхугольных каменных плит, ккреплённых
полосами железа.
Ещё молодым начал Херес эту трудоёмкую работу, а закончил её через 12 лет зрелым мастером. Целых 12 лет
длилось сооружение Колосса. Наконец глазам родосцев представилась великолепная бронзовая статуя.
Больше всего поражала высота Колосса. Бог солнца стоял на белом мраморном постаменте. Огромный
Колосс был высотой в 70 локтей.
Но родосцам недолго пришлось гордиться Колоссом. Бронзовый гигант простоял всего 56 лет. В 222 г. до Р.
Х. Родосс сильно постродал от землетрясения. Обрушился и Колосс, не выдержав колебаний почвы. Для
восстановления Родосса были отпущены деньги и посланны рабочаи. Не был забыт и Колосс. Царь Египта
прислал много меди и рабочих. Но поднять статую не удалось.
Обломки Колосса пролежали на родосской земле более тысячи лет, до 997 г.,когда их продали одному купцу.
Так были уничтожены все следы Колосса.

Александрийский маяк
В 332 – 331 гг. до Р. Х. Царь Александр македонский основал знаменитую столицу эллинистического Египта:
Александрию. Город раскинулся в дельте Нила на месте небольшого египетского поселения Ракотис.
Самым богатым кварталом был Брухейон – квартал дворцов и царских гробниц. Здесь после смерти
Александра Македонского ьыл построен великолепный саркофаг царя.
Много чудесных изобретений и открытий было сделано учёными Александрии.Одним из таких чудес света
был Александрийский маяк. Он был построен на скале, возвышавшейся на восточном берегу острова
Фароса. Маяк было решено построить для того, чтобы сделать подход к Александрии безопасным.
Строительство маяка было поручено известному архитектору Сострату Книдскому.
К 280 г. до Р. Х. Постройка маяка была закончена. Это была трёхэтажная башня высотой около 120 метров.
Нижний этаж – фонарь, имел круглую форму, его венчал купол, на котором стояла огромная стауя юога
морей Посейдона, высотой около семи метров. Здесь наверху горел огонь маяка.
Маяк одновременно был крепостью, в которой находился большой горнизон. Маяк был также
наблюдательным пунктом. Башню украшали бронзовые статуи. Маяк был первым и единственным маяком
таких колоссальных размеров.
Это удивительное сооружение простояло до 14 веке, тогда уже в сильно разрушенном виде, высота его
достигала не более 30 м. В 14 веке Фарос рухнул от землетрясения.
Остатки основания замечательного маяка сохранились и до наших дней, но они недоступны, т. к. встроены в
крепость. Теперь здесь египетский форт.
Современная Александрия имеет другой маяк. Он помещается на западной оконечности Фароса и ничем не
напоминает своего знаменитого предшественника.


Вернуться к оглавлению